Роялист (испано-американская независимость) - Royalist (Spanish American independence)

Роялист
Реалисты
Лидеры
Политический лидерФердинанд VII Испании
Конституционная монархияКортес Кадиса; Trienio Liberal
Абсолютная монархияЗловещее десятилетие
Сроки работы1810 - 1829
ВерностьИспания
ИдеологияЛоялизм
ПротивникиПатриотические правительства (испано-американская независимость)
Баннер из Испанская монархияEstandarte real de 1761-1833.svg
Флаг испанского флота и крепостейФлаг Испании (1785–1873, 1875–1931) .svg

В роялисты были Латиноамериканская и Европейский сторонники различных руководящих органов Испанская монархия, вовремя Испано-американские войны за независимость, который длился с 1808 года до смерти короля в 1833 году. В первые годы конфликта, когда король Фердинанд VII находился в плену во Франции, роялисты поддерживали власть в Америке Верховная центральная хунта Испании и Индии и Кортес Кадиса который правил во имя короля во время Полуостровная война. После восстановление Фердинанда VII в 1814 году роялисты поддержали его притязания на управление Испанской Америкой, но разделились на тех, кто поддерживал его настойчивое стремление править в соответствии с традиционным правом, и либералы, который стремился возобновить реформы, проведенные кортесами Кадиса.

Политическая эволюция

Территории роялистов в западной части Южной Америки после Битва при Чакабуко 1818 г. Chiloé и Вальдивия были роялистскими анклавами, доступными только по морю.

Создание хунты в Испанской Америке в 1810 году было прямой реакцией на события в Испании в течение предыдущих двух лет. В 1808 году Фердинанд VII был убежден отречься к Наполеон в его пользу, который пожаловал престол своему брату, Жозеф Бонапарт. Центральная верховная хунта оказала сопротивление правительству Иосифа и французской оккупации Испании, но потерпела ряд неудач, приведших к потере северной половины страны. 1 февраля 1810 года французские войска взяли Севилью и получили контроль над большей частью Андалусия. Верховная хунта отступила в Кадис и распустился в пользу Регентского совета Испании и Индии. Поскольку новости об этом распространились по всей Испанской Америке в течение следующих трех недель - девяти месяцев - в зависимости от времени, товары и люди для путешествий из Испании - появились линии политического разлома. Королевские чиновники и американцы испанского происхождения разделились на тех, кто поддерживал идею сохранения статус-кво, то есть оставляя все правительственные учреждения и должностных лиц на своих местах, независимо от развития событий в Испании, и тех, кто считал, что пришло время установить местные править, первоначально путем создания хунт, чтобы сохранить независимость испанской Америки от французов или от грубого правительства Испании, которое больше не могло законно претендовать на управление огромной империей. Важно отметить, что поначалу хунты заявляли о своих действиях от имени свергнутого царя и не декларировали формально независимость. Хунты были успешно созданы в Венесуэла, Рио-де-ла-Плата и Новая Гранада, и были безуспешные попытки сделать это в других регионах. Несколько хунт изначально решили признать Регентство, тем не менее, создание хунт поставило под сомнение авторитет всех действующих королевских чиновников и право правительства Испании править в Америке.

Через несколько месяцев после создания Регентства стало ясно, что Испания не потеряна, и, кроме того, правительство эффективно восстанавливается. Регентство успешно созвало Cortes Generales, традиционный парламент испанской монархии, в который в данном случае входили представители Америки. Регентство и Кортесы начали отдавать приказы и назначать королевских чиновников по всей империи. Тех, кто поддерживал новое правительство, стали называть «роялистами». Те, кто поддерживал идею сохранения независимых хунт, называли себя «патриотами», и некоторые из них были сторонниками провозглашения полной формальной независимости от Испании. По мере того как кортесы проводили либеральные реформы и работали над составлением конституции, среди роялистов возник новый раскол. Консерваторы (часто называемые "абсолютисты "в историографии) не хотел видеть никаких нововведений в правительстве, в то время как либералы их поддерживали. Эти разногласия станут еще более острыми после реставрации Фердинанда VII, потому что король предпочел поддержать консервативную позицию.[1]

Роль регионального соперничества

Региональное соперничество также сыграло важную роль в междоусобных войнах, которые разразились в Испанской Америке в результате хунт. Исчезновение центральной имперской власти - а в некоторых случаях даже местной, вице-королевской власти (как в случаях Новой Гранады и Рио-де-ла-Плата) - положило начало продолжительному периоду балканизация во многих регионах Испанской Америки. Было неясно, какие политические единицы должны заменить империю, и не было новых национальная идентичность заменить традиционное ощущение себя испанцами. Первоначальные хунты 1810 года в первую очередь апеллировали к ощущению испанской принадлежности, которое противопоставлялось французской угрозе; во-вторых, общей американской идентичности, противопоставленной полуострову, потерянному французами; в-третьих, чувство принадлежности к местной провинции, отечество на испанском.[2] Чаще всего хунты стремились сохранить независимость провинции от столицы бывшего вице-королевства или генерал-капитанства, а также от самого полуострова. Между провинциями вспыхивали вооруженные конфликты из-за вопроса о том, должны ли одни провинции подчиняться другим так, как они находились под короной. Это явление особенно ярко проявилось в Новой Гранаде и Рио-де-ла-Плата. Это соперничество также приводит к тому, что некоторые регионы перенимают противоположные политические цели у своих соперников. Перу, похоже, оставалось сильным роялистом в значительной степени из-за своего соперничества с Рио-де-ла-Плата, которому оно утратило контроль над Верхним Перу, когда последний был возведен на должность вице-королевства в 1776 году. Создание хунт в Рио-де-ла-Плата позволило Перу, чтобы восстановить формальный контроль над Верхним Перу на время войн.[3]

Реставрация Фердинанда VII

Восстановление Фердинанда VII означало важные перемены, поскольку большинство политических и юридических изменений были сделаны по обе стороны Атлантики - мириады хунт, кортесы в Испании и несколько конгрессов в Америке, которые возникли на основе хунт. и многие конституции и новые правовые кодексы - были написаны от его имени. Оказавшись в Испании, Фердинанд VII понял, что он пользуется значительной поддержкой со стороны консерваторы в общей популяции и иерархии Испанская католическая церковь, и поэтому 4 мая он отказался от Конституция Испании 1812 года и приказал арестовать либеральных лидеров, которые создали его 10 мая. Фердинанд оправдал свои действия, заявив, что Конституция и другие изменения были внесены Кортесом, собравшимся в его отсутствие и без его согласия. Он также объявил недействительными все хунты и конституции, написанные в испанской Америке, и восстановил прежние кодексы законов и политические институты.[4]

По сути, это означало окончательный разрыв с двумя группами, которые могли быть союзниками Фердинанда VII: автономные правительства, которые еще не объявили формальную независимость, и испанские либералы, которые создали представительное правительство, которое полностью включало бы заморские владения и рассматривалась как альтернатива независимости многими в Новой Испании (сегодня Мексика ), Центральная Америка, то Карибский бассейн, Венесуэла, Кито (Эквадор ), Перу, Верхнее Перу (Боливия ) и Чили.

Провинции Новой Гранады сохраняли независимость от Испании с 1810 года, в отличие от соседней Венесуэлы, где роялисты и силы, выступающие за независимость, несколько раз обменивались контролем над регионом. Чтобы умиротворить Венесуэлу и вернуть себе Новую Гранаду, Испания в 1815 году организовала крупнейшие вооруженные силы, которые она когда-либо отправляла в Новый Свет, в составе 10500 солдат и почти шестидесяти кораблей. (Видеть, Испанское завоевание Новой Гранады ). Хотя эти силы сыграли решающую роль в отвоевании твердо выступающего за независимость региона, такого как Новая Гранада, их солдаты в конечном итоге рассредоточились по Венесуэле, Новой Гранаде, Кито и Перу и были потеряны из-за тропических болезней, ослабив их влияние на войну. Что еще более важно, большинство роялистских сил состояло не из солдат, присланных с полуострова, а из испанских американцев. Другие испанские американцы были умеренными, которые решили подождать и посмотреть, что выйдет из восстановления нормальной жизни. Фактически, в областях Новой Испании, Центральной Америки и Кито губернаторы сочли целесообразным оставить избранных конституционных правителей. Ayuntamientos действует в течение нескольких лет, чтобы предотвратить конфликт с местным обществом.[5] Либералы по обе стороны Атлантики, тем не менее, продолжали сговориться с целью восстановления конституционной монархии, в конечном итоге добившись успеха в 1820 году. Возможно, наиболее ярким примером трансатлантического сотрудничества является Франсиско Хавьер Мина Русские экспедиции в Техас и северную Мексику в 1816 и 1817 гг.

Американцы испанского происхождения в роялистских районах, приверженные независимости, уже присоединились к партизанским движениям. Действия Фердинанда действительно поставили области, неподконтрольные роялистским армиям, на пути к полной независимости. Правительства этих регионов, которые возникли при хунтах 1810 года - и даже умеренные там, которые поддержали примирение с короной - теперь увидели необходимость отделения от Испании, если они хотели защитить реформы, которые они провели.[6]

Восстановление испанской конституции и независимости

Испанские либералы наконец добились успеха, заставив Фердинанда VII восстановить конституцию 1 января 1820 г., когда Рафаэль Риего возглавил восстание среди войск, которые были собраны для отправки большого экспедиционного корпуса в Америку. К 7 марта королевский дворец в Мадриде окружили солдаты под командованием генерала Франсиско Бальестерос, а три дня спустя, 10 марта, осажденный Фердинанд VII, теперь фактически заключенный, согласился восстановить Конституцию.[7]

Восстание Риего оказало два важных эффекта на войну в Америке. Во-первых, в военных вопросах большое количество подкреплений, которые были особенно необходимы для возвращения Новой Гранады и защиты вице-королевства Перу, никогда не прибудут. Более того, по мере того, как ситуация роялистов становилась все более отчаянной в регионе за регионом, армия испытала массовый переход частей на сторону патриотов. Во-вторых, в политических вопросах восстановление либерального режима изменило условия, на которых испанское правительство пыталось привлечь повстанцев. Новое правительство наивно полагало, что повстанцы борются за испанский либерализм и что конституция Испании все еще может быть основой для примирения между двумя сторонами. Правительство реализовало Конституцию и провело выборы в заморских провинциях, как и в Испании. Он также приказал военным командирам начать переговоры о перемирии с повстанцами с обещанием, что они смогут участвовать в восстановленном представительном правительстве.[8]

Как выяснилось, испанская конституция послужила основой независимости Новой Испании и Центральной Америки, поскольку в этих двух регионах именно коалиция консервативных и либеральных роялистских лидеров возглавила создание новых государств. Восстановление испанской конституции и представительного правительства было с энтузиазмом встречено в Новой Испании и Центральной Америке. Были проведены выборы, сформированы органы местного самоуправления и депутаты отправлен в кортесы. Однако среди либералов существовали опасения, что новый режим не продержится долго, а среди консерваторов и церкви - что новое либеральное правительство расширит свои реформы и антиклерикальное законодательство. Этот климат нестабильности создал условия для двух сторон для заключения союза. Этот союз сформировался к концу 1820 г. Агустин де Итурбиде, полковник королевской армии, которому в то время было поручено уничтожить партизанские силы во главе с Висенте Герреро. Вместо этого Итурбиде вступил в переговоры, в результате которых План Игуалы, что сделало бы Новую Испанию независимое королевство, с Фердинандом VII в качестве его короля. С Кордовский договор, высшее должностное лицо Испании в Мексике одобрило План Игуалы, и хотя испанское правительство никогда не ратифицировало этот договор, у него не было ресурсов, чтобы добиться его отклонения. В конце концов, именно королевская армия в Мексике в конечном итоге привела к независимости этой страны.[9]

Центральная Америка обрела независимость вместе с Новой Испанией. Региональные элиты поддержали условия Плана Игуала и организовали союз Центральной Америки с Мексиканской империей в 1821 году. Два года спустя после падения Итурбиде регион, за исключением Чьяпаса, мирно отделился от Мексики в июле 1823 года, установив то Федеративная Республика Центральной Америки. Новое государство просуществовало семнадцать лет, и к 1840 году центробежные силы разделили отдельные провинции.[10]

В Южной Америке независимость была поддержана борцами за независимость, которые продержались последние полвека. Хосе де Сан Мартин и Симон Боливар непреднамеренно привел к общеконтинентальному клещевое движение из юга и севера Южной Америки, которые освободили большинство испанско-американских народов на этом континенте и обеспечили независимость Южный конус был более или менее опытным с 1810 года. В Южной Америке солдаты-роялисты, офицеры (такие как Андрес де Санта-Крус ) и целые подразделения также начали дезертировать или переходить на сторону патриотов в больших количествах, поскольку положение королевской армии стало ужасным. В конце 1820 г. в Венесуэле, после Боливара и Пабло Морилло заключили перемирие, многие подразделения пересекли линии, зная, что испанский контроль над регионом продлится недолго. Ситуация повторилась в Перу с 1822 по 1825 год, когда там медленно продвигались республиканские войска. Однако, в отличие от Мексики, высшее военное и политическое руководство в этих частях Южной Америки происходило со стороны патриотов, а не роялистов.

Крах конституционного режима в Испании в 1823 году имел другие последствия для войны в Южной Америке. Офицеры-роялисты, расколотые на либералов и консерваторов, вели между собой междоусобную войну. Генерал Педро Антонио Оланета, командующий в Верхнем Перу, восстал против либерального вице-короля Перу, Хосе де ла Серна в 1823 году. Этот конфликт предоставил возможность республиканским войскам под командованием Боливара и Антонио Хосе де Сукре продвигаться, кульминацией Битва при Аякучо 9 декабря 1824 года. Королевская армия Верхнего Перу капитулировала после того, как Оланета был убит 2 апреля 1825 года. Однако бывшие роялисты сыграли важную роль в создании Перу и Боливии. В Боливии роялисты, такие как Казимиро Оланета, племянник генерала Оланеты, собрались на конгресс и провозгласили независимость страны от Перу. А в Перу после того, как войска Боливара покинули страну в 1827 году, перуанские лидеры отменили многие из его политических реформ.

Роялистская армия

Королевские и полковые знамена пеших полков роялистской армии по образцу Крест бургундского флага (местный герб заменит серые круги, представленные здесь).
Девиз: Por la Religión, la Patria y el Rey. Вива Фернандо VII[11]

Есть два типа юнитов: экспедиционные части ( на испанском: Expedicionarios) создано в Испании и ополченцы (на испанском: милиции), подразделения, которые уже существовали или были созданы во время конфликта в Америке. Ополченцы, которые полностью состояли из ополченцев, которые были жителями или уроженцами испанской Америки, были поддержаны присутствием «ветеранских отрядов» (или «дисциплинированных ополченцев»), состоящих из ветеранов войн Испании в Европе и в других странах с полуострова и испанских американцев. глобус. Предполагалось, что ветеранские подразделения составят ядро ​​опытных солдат местной обороны, чей опыт был бы неоценим для рядовых ополченцев, которым часто не хватало длительного военного опыта, если таковой имеется. Ветеранские отряды создавались еще в прошлом веке в рамках Бурбонские реформы для усиления защиты испанской Америки от нарастающего вторжения других европейских держав, например, во времена Семилетняя война.

В целом европейцы сформировали только десятую часть роялистских армий в Испанской Америке и только около половины экспедиционных частей. Поскольку каждый европейский солдат несчастный случай был заменен испанским американским солдатом, со временем в экспедиционных частях становилось все больше и больше испанских американских солдат. Например, Пабло Морилло, главнокомандующий в Венесуэле и Новой Гранаде, сообщил, что у него было всего 2000 европейских солдат, другими словами, только половина солдат его экспедиционного корпуса были европейцами. По оценкам, в Битва при Майпу только четверть роялистских войск составляли европейские солдаты, в Битва при Карабобо около пятой, а в Битва при Аякучо менее 1% были европейцами.

Американские ополчения отражали расовый состав местного населения. Например, в 1820 году в роялистской армии Венесуэлы было 843 белых (испанский), 5,378 Casta и 980 Родные солдаты.

Последняя вооруженная группировка роялистов на территории современной Аргентины и Чили, Братья пинчеира, была преступной бандой, состоящей из испанцев европейцев, испанцев Америки, метисов и местных коренных народов.[12] Эта группа изначально базировалась около Chillán в Чили, но позже переехал через Анды в Патагония благодаря союзу с коренными племенами. Во внутренних районах Патагонии, вдали от де-факто территории Чили и Соединенных провинций, братья Пинчеира разбили постоянный лагерь с тысячами поселенцев.[12]

Роялистская армия

Лидеры роялистов

Флотские командиры и последние крепости